![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mirrinminttuНаписав о том, что после разгона Вятской республики часть ушкуйников ушла на Дон и Волгу, оказав влияние на развитие казачества в тех регионах, я призадумалась о том, что активность волжского казачества приходится, кажется, на более поздний период. И действительно, донские и волжские казаки впервые упоминаются в официальной истории только через полвека, в 1554 и 1556 годах, в связи с астраханскими походами уже при Иване Грозном. Причем тогда в войсках Шемяки-Пронского и Вяземского были уже сложившиеся казачьи отряды под командованием своих атаманов, которые, после окончания военных действий, вернулись в район Волгодонской переволоки, где была их база. Что возвращает нас к тому же улусу Джучи, или к Золотой Орде, в центре которой данная переволока и находилась, и куда так удачно налетели в 1360 году ушкуйники.
Картинка для привлечения внимания. Озаглавлена, правда, "Ордынские казаки", но не знаю, чьей кисти шедевр. Мелькает в большинстве статей на тему
Вернее неудачно, потому что виновных и добычу пришлось сдать ордынцам. Более того, с него началось явное противостояние Великому Новгороду со стороны русских, нижегородско-суздальских князей: "И бысть съезд всем князем русьским о разбойницах на Костроме: князь великий Дмитрей Костянтинович, брат его старейший князь Андрей, Нижнего Новгорода, князь Константин Ростовьский, князь Андрей Федоровичи". Надо сказать, что на тот момент у всех этих князей были теснейшие связи с Ордой, которые они с переменным успехом использовали в своих политических планах. Вот они-то ушкуйников и выдали, объявив, что те во время похода ограбили русских купцов. Поскольку никакая летопись о пострадавших на тот момент русских купцах не упоминает, князья нагло соврали, но где их политические интересы, и где справедливость по отношению к этим подозрительным новгородцам, от которых и Новгород открестился, потому как данный поход официально не санкционировал.
А вернулась я к тому походу потому, что новгородские летописи определенно описывают район Волгодонской переволоки как разбойничье гнездо. И вот тут мы плавно выходим на так называемых "ордынских казаков", то есть на общину "вольных людей" всех родов и племен, являвшихся полноправными военнообязанными гражданами Орды. Определяли их множеством терминов, из которых века пережил один: "казак", то есть свободный воин, имеющий право наниматься к любому из князей-правителей. Если оставить в стороне туманные утверждения о том, что казаки были отдельным народом, покоренным князем Ярославом и освобожденным Ордой, в сухом остатке мы увидим военизированное общество, из которого время от времени отдельные группы отправлялись в свободное плавание, так сказать. То есть ту же военную республику, состоявшую с ордынским режимом в дружественных, но не в вассальных отношениях. О казачестве написано много, но в глубины вопроса мне забираться не требуется. А кому интересно, тому к книге А. А. Гордеева о происхождении казачества, да и в жж о них пишет https://terskiykazak.livejournal.com/ Там реально поразительные глубины, например о том, насколько сильное влияние на историю казачества оказала Литва. Мир теснее, чем иногда кажется.
Напоминаю о том, насколько гигантской была территория Орды: "В состав Золотой Орды вошли земли от р. Оби на востоке, Средней Азии, южно-черноморские степи и земли покоренных русских княжеств. Все владения, по системе монгольской Империи, были разделены на Улусы или Уделы. Восточная часть от р. Оби до р. Яика составила улус, под названием Белой Орды, ханом которой был назначен брат Батыя — Шибан. Поволжские земли, населенные болгарами, черемисами и другими племенами, составили улус второго брата Батыя — Турка-Тимура. Черноморские степи между Доном и Днепром, с населением, преимущественно кипчаков выведенных из Азии, составили улус сына Батыя, Сатрака. Народы северного Кавказа и Приазовье вошли в улус хана Картана, женатого на сестре Батыя. Таврия и прилегающие к ней земли побережий Черного и Азовского морей, получил во владение хан Тевал, по другим сведениям - нойон, не принадлежавший к роду Чингис-Хана. С ним из Азии пришли пять кочевых орд, которые были введены в Таврию и смешались с местными народами: гот, тавров и русов. Земли между Яиком и Доном, и на севере р. Иргизом, и на юге степями северного Кавказа, составили улус хана Батыя, с населением, преимущественно, монголо-татар, и большинства русского населения, выведенного из русских княжеств" (цитата из довольно старой работы "История казаков" г-на Андрея Гордеева, который был французским военным историком, а до этого - полковником Донского казачьего войска).
Столица этой гигантской геополитической конструкции, Сарай (который "дворец", а не "сарай") расположился, разумеется, почти всё в том же узком месте между Волгой и Доном, на рукаве Волги, реке Ахтубе, и это место сразу стало узлом политических, административных и торговых путей. Где же ещё могли находиться свободные для наема казаки, как не поблизости? Надо сказать, что ещё из числа своих "свободных воинов" Орда нанимала и стражей границ, что отнюдь не было особым ордынским изобретением - это делалось всегда и повсюду. Разница только в том, что в орде казакам запрещалось заниматься земледелием.
Что касается национального состава ордынских казаков, то он был таким же пестрым, как и во времена, которые нам известны намного лучше. Русских там тоже было предостаточно (их вообще было предостаточно именно в "улусе Джучи", который и функционировал-то административно в основном благодаря им), на всех уровнях, исключая высшие посты, которые могли занимать лишь монголы. Это тоже не было уникальным явлением. Монголы (как и все прочие завоеватели вокруг света) всегда автоматически включали в свою административную и военную систему население завоеванных народов, как косвенно - через местных правителей, так и напрямую, принимая не встроившихся по какой-то причине в местные общины людей. С веротерпимостью там было нормально, пока на закате величия Золой Орды не началась настойчивая исламизация ее состава. Плюс они практиковали особый вид налога, состоявший из детей, которых сразу начинали тренировать под требования монголов к военному составу, и это не было легко. Всадник должен был настолько сродниться с жизнью и сражению в седле, чтобы быть в состоянии следовать монгольской стратегии быстрых наскоков и отходов, где скорость решала всё.
Учитывая всё это, каким был шанс новгородцев просочиться в 1360 году в Сарай мимо всех этих профи ближнего боя, и уйти с добычей? Никакого, разумеется, если только они не имели среди ордынских казаков союзников. Это объяснило бы, отчего князья утверждали, что ушкуйники ограбили русских купцов, а ушкуйники это начисто отрицали. Тогда как попавших в других походах под горячую руку русских же купцов всегда отмечали как "наших", помимо "бесерменских": «Пришли новгородци в ушькуих, а воеводы Есиф Вальфромеевич, Александр Обакумович, на нижний Новгород и много бесермен избиша под Нижним Новыми городом, а наших пострелише Филипа Утреткина и Бориса Квашенькина и два человека».
Да и эпический налет ушкуйников на Кострому был в летописях тщательно зафиксирован. Речь идет о походе некоего новгородца Прокопа в 1375 году. Ушкуйники на 70 ушкуях (то есть числом около 2 000 человек) вышли на Волгу, как бывало и ранее, по реке Костроме. Налет на Кострому был очень тщательно спланирован. Ушкуйники разделились на две части, отправ половину в засаду, в лес. Оставшиеся ударили по воеводскому войску «в лице и в тыл», в результате чего воевода пустился в бегство, а его дружинники были частично перебиты, частично пленены, а кто успел - укрылись по лесам. Никем не обороняемая Кострома была разграблена ушкуйниками, которые стояли в городе целую неделю и разграбили его «до конца». Добра было захвачено столько, что ушкуйники «не все товарное с собой поправодиша», взяв с собой только «лучшее и легчайшее, а прочее тяжкое излишнее множайшее в Волгу вметаша и глубине предаша, а иное огнем пожгоша». «И множество народа христианского полониша муж, и жен, и детей, и девиць с
собою попроводиша и отъидоша от Костромы» (из реферата кандидата исторических наук Сенниковой Л.А).
Дальше ушкуйники двинулись вниз по Волге, ограбили и сожгли Нижний Новгород, захватив и в нем много всякого добра и полона. Затем, отойдя на Каму, дали пыли осесть, и только потом вернулись на Волгу. В Булгаре они распродали «христианский полон» («испродаша бесерменом или костромьский или Нижнего Новгорода, жены и девицы»). Налегке они снова спустились к Сараю, «гости христиънския грабячи, а бесермен бьючи». Ну и закончили свой путь традиционно - в Астрахани местный хан их улестил и упоил, да и перебил всех. Не они первые, не они последние так закончили. Правда, Сенникова, которую я так обильно тут цитирую, высказывает соображение, что помимо наживы ушкуйники имели и другой интерес - они имели миссию расширить число данников для Великого Новгорода на Среднее Поволжье и Нижнее Прикамье.
Сарай ушкуйники, надо сказать, систематически грабили до 1390-х, хотя на верхней и средней Волге они перестали себя чувствовать вольготно с 1386 года, когда Дмитрий Донской, зять князя суздальского и московский князь, не оштрафовал Новгород за разбой на 8000 рублей. Но всегда же были обходные пути, было бы желание. Всё это говорит, разумеется, не только об отчаянной храбрости и дерзости ушкуйников, но и о том, что власть Орды на Руси подходила к концу. А уж к моменту распада Вятской республики радикально изменилась и Русь. Ушкуйники влились в ряды казачества, которые вовсе не были такими ровными и однообразными, как мы их себе представляем. Собственно ордынское казачество теперь рассматривают как своего рода "протоказачество", из которого уже пошло разделение казаков по местам обитания и образование своей культуры у каждой группы.
В процессе централизации власти московским княжеством казаки стали стражами границ и охранниками торговых путей, первопроходчиками и частью армии. В отличие от ордынских правил, казакам, перешедшим под руку московского князя, разрешалось владеть землей, хотя, при желании, можно было оставаться на жаловании. Всё, казалось бы, вошло в берега закона и порядка. Однако нет-нет да и выдавала казачья среда самых настоящих сорвиголов, от размаха которых завистливо разрыдались бы пираты других просторов.
Картинка для привлечения внимания. Озаглавлена, правда, "Ордынские казаки", но не знаю, чьей кисти шедевр. Мелькает в большинстве статей на тему
Вернее неудачно, потому что виновных и добычу пришлось сдать ордынцам. Более того, с него началось явное противостояние Великому Новгороду со стороны русских, нижегородско-суздальских князей: "И бысть съезд всем князем русьским о разбойницах на Костроме: князь великий Дмитрей Костянтинович, брат его старейший князь Андрей, Нижнего Новгорода, князь Константин Ростовьский, князь Андрей Федоровичи". Надо сказать, что на тот момент у всех этих князей были теснейшие связи с Ордой, которые они с переменным успехом использовали в своих политических планах. Вот они-то ушкуйников и выдали, объявив, что те во время похода ограбили русских купцов. Поскольку никакая летопись о пострадавших на тот момент русских купцах не упоминает, князья нагло соврали, но где их политические интересы, и где справедливость по отношению к этим подозрительным новгородцам, от которых и Новгород открестился, потому как данный поход официально не санкционировал.
А вернулась я к тому походу потому, что новгородские летописи определенно описывают район Волгодонской переволоки как разбойничье гнездо. И вот тут мы плавно выходим на так называемых "ордынских казаков", то есть на общину "вольных людей" всех родов и племен, являвшихся полноправными военнообязанными гражданами Орды. Определяли их множеством терминов, из которых века пережил один: "казак", то есть свободный воин, имеющий право наниматься к любому из князей-правителей. Если оставить в стороне туманные утверждения о том, что казаки были отдельным народом, покоренным князем Ярославом и освобожденным Ордой, в сухом остатке мы увидим военизированное общество, из которого время от времени отдельные группы отправлялись в свободное плавание, так сказать. То есть ту же военную республику, состоявшую с ордынским режимом в дружественных, но не в вассальных отношениях. О казачестве написано много, но в глубины вопроса мне забираться не требуется. А кому интересно, тому к книге А. А. Гордеева о происхождении казачества, да и в жж о них пишет https://terskiykazak.livejournal.com/ Там реально поразительные глубины, например о том, насколько сильное влияние на историю казачества оказала Литва. Мир теснее, чем иногда кажется.
Напоминаю о том, насколько гигантской была территория Орды: "В состав Золотой Орды вошли земли от р. Оби на востоке, Средней Азии, южно-черноморские степи и земли покоренных русских княжеств. Все владения, по системе монгольской Империи, были разделены на Улусы или Уделы. Восточная часть от р. Оби до р. Яика составила улус, под названием Белой Орды, ханом которой был назначен брат Батыя — Шибан. Поволжские земли, населенные болгарами, черемисами и другими племенами, составили улус второго брата Батыя — Турка-Тимура. Черноморские степи между Доном и Днепром, с населением, преимущественно кипчаков выведенных из Азии, составили улус сына Батыя, Сатрака. Народы северного Кавказа и Приазовье вошли в улус хана Картана, женатого на сестре Батыя. Таврия и прилегающие к ней земли побережий Черного и Азовского морей, получил во владение хан Тевал, по другим сведениям - нойон, не принадлежавший к роду Чингис-Хана. С ним из Азии пришли пять кочевых орд, которые были введены в Таврию и смешались с местными народами: гот, тавров и русов. Земли между Яиком и Доном, и на севере р. Иргизом, и на юге степями северного Кавказа, составили улус хана Батыя, с населением, преимущественно, монголо-татар, и большинства русского населения, выведенного из русских княжеств" (цитата из довольно старой работы "История казаков" г-на Андрея Гордеева, который был французским военным историком, а до этого - полковником Донского казачьего войска).
Столица этой гигантской геополитической конструкции, Сарай (который "дворец", а не "сарай") расположился, разумеется, почти всё в том же узком месте между Волгой и Доном, на рукаве Волги, реке Ахтубе, и это место сразу стало узлом политических, административных и торговых путей. Где же ещё могли находиться свободные для наема казаки, как не поблизости? Надо сказать, что ещё из числа своих "свободных воинов" Орда нанимала и стражей границ, что отнюдь не было особым ордынским изобретением - это делалось всегда и повсюду. Разница только в том, что в орде казакам запрещалось заниматься земледелием.
Что касается национального состава ордынских казаков, то он был таким же пестрым, как и во времена, которые нам известны намного лучше. Русских там тоже было предостаточно (их вообще было предостаточно именно в "улусе Джучи", который и функционировал-то административно в основном благодаря им), на всех уровнях, исключая высшие посты, которые могли занимать лишь монголы. Это тоже не было уникальным явлением. Монголы (как и все прочие завоеватели вокруг света) всегда автоматически включали в свою административную и военную систему население завоеванных народов, как косвенно - через местных правителей, так и напрямую, принимая не встроившихся по какой-то причине в местные общины людей. С веротерпимостью там было нормально, пока на закате величия Золой Орды не началась настойчивая исламизация ее состава. Плюс они практиковали особый вид налога, состоявший из детей, которых сразу начинали тренировать под требования монголов к военному составу, и это не было легко. Всадник должен был настолько сродниться с жизнью и сражению в седле, чтобы быть в состоянии следовать монгольской стратегии быстрых наскоков и отходов, где скорость решала всё.
Учитывая всё это, каким был шанс новгородцев просочиться в 1360 году в Сарай мимо всех этих профи ближнего боя, и уйти с добычей? Никакого, разумеется, если только они не имели среди ордынских казаков союзников. Это объяснило бы, отчего князья утверждали, что ушкуйники ограбили русских купцов, а ушкуйники это начисто отрицали. Тогда как попавших в других походах под горячую руку русских же купцов всегда отмечали как "наших", помимо "бесерменских": «Пришли новгородци в ушькуих, а воеводы Есиф Вальфромеевич, Александр Обакумович, на нижний Новгород и много бесермен избиша под Нижним Новыми городом, а наших пострелише Филипа Утреткина и Бориса Квашенькина и два человека».
Да и эпический налет ушкуйников на Кострому был в летописях тщательно зафиксирован. Речь идет о походе некоего новгородца Прокопа в 1375 году. Ушкуйники на 70 ушкуях (то есть числом около 2 000 человек) вышли на Волгу, как бывало и ранее, по реке Костроме. Налет на Кострому был очень тщательно спланирован. Ушкуйники разделились на две части, отправ половину в засаду, в лес. Оставшиеся ударили по воеводскому войску «в лице и в тыл», в результате чего воевода пустился в бегство, а его дружинники были частично перебиты, частично пленены, а кто успел - укрылись по лесам. Никем не обороняемая Кострома была разграблена ушкуйниками, которые стояли в городе целую неделю и разграбили его «до конца». Добра было захвачено столько, что ушкуйники «не все товарное с собой поправодиша», взяв с собой только «лучшее и легчайшее, а прочее тяжкое излишнее множайшее в Волгу вметаша и глубине предаша, а иное огнем пожгоша». «И множество народа христианского полониша муж, и жен, и детей, и девиць с
собою попроводиша и отъидоша от Костромы» (из реферата кандидата исторических наук Сенниковой Л.А).
Дальше ушкуйники двинулись вниз по Волге, ограбили и сожгли Нижний Новгород, захватив и в нем много всякого добра и полона. Затем, отойдя на Каму, дали пыли осесть, и только потом вернулись на Волгу. В Булгаре они распродали «христианский полон» («испродаша бесерменом или костромьский или Нижнего Новгорода, жены и девицы»). Налегке они снова спустились к Сараю, «гости христиънския грабячи, а бесермен бьючи». Ну и закончили свой путь традиционно - в Астрахани местный хан их улестил и упоил, да и перебил всех. Не они первые, не они последние так закончили. Правда, Сенникова, которую я так обильно тут цитирую, высказывает соображение, что помимо наживы ушкуйники имели и другой интерес - они имели миссию расширить число данников для Великого Новгорода на Среднее Поволжье и Нижнее Прикамье.
Сарай ушкуйники, надо сказать, систематически грабили до 1390-х, хотя на верхней и средней Волге они перестали себя чувствовать вольготно с 1386 года, когда Дмитрий Донской, зять князя суздальского и московский князь, не оштрафовал Новгород за разбой на 8000 рублей. Но всегда же были обходные пути, было бы желание. Всё это говорит, разумеется, не только об отчаянной храбрости и дерзости ушкуйников, но и о том, что власть Орды на Руси подходила к концу. А уж к моменту распада Вятской республики радикально изменилась и Русь. Ушкуйники влились в ряды казачества, которые вовсе не были такими ровными и однообразными, как мы их себе представляем. Собственно ордынское казачество теперь рассматривают как своего рода "протоказачество", из которого уже пошло разделение казаков по местам обитания и образование своей культуры у каждой группы.
В процессе централизации власти московским княжеством казаки стали стражами границ и охранниками торговых путей, первопроходчиками и частью армии. В отличие от ордынских правил, казакам, перешедшим под руку московского князя, разрешалось владеть землей, хотя, при желании, можно было оставаться на жаловании. Всё, казалось бы, вошло в берега закона и порядка. Однако нет-нет да и выдавала казачья среда самых настоящих сорвиголов, от размаха которых завистливо разрыдались бы пираты других просторов.
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}