Большой Госпиталь в Нориче - 3

[mirrinminttu]

Повинюсь, что я не слишком хорошо знаю викторианские времена, и, возможно поэтому, не слишком хорошо к ним отношусь. Поэтому для меня приятным сюрпризом стало известие о том, что в Большом Госпитале обитателей питали обильно. Прошли времена даже солёной селёдки))) Теперь на каждый день недели полагалось добавочное питание, даже в пятницу, в постный день.


реконструкция того, как могла выглядеть средневековая больница при монастыре

Правда, в этой картинке счастливой старости кроются тени. Для того чтобы бедному и немощному старцу открылись ворота этого земного парадиза, требовалось немало. Во-первых, рекомендации комиссии олдерменов, которая решала, является ли данный старец достаточно респектабельным. Во-вторых, даже после это перед кандидатом вставал вопрос имущественного ценза – постельное бельё, матрац, некоторое количество одежды, а после 1648 года – саван. То есть, практически Большой Госпиталь стал пристанищем для одиноких и ослабевших представителей работающей и не совсем нищей категории населения. Что, согласитесь, несколько искажает изначальную идею основания, но отражает ужесточившийся после Реформации моральный климат общества.



Тем более, что, после первого шока 1540-х годов, кое-что в отношении церкви вернулось на круги своя. Хотя не нужно было больше вымаливать души из Чистилища, можно было пожертвовать деньги на молитвы за себя или своих близких. Снова Сент-Жилю стали дарить земли и деньги. Госпиталю можно было оставить по завещанию деньги на содержание конкретных престарелых, даже не живущих на территории заведения, как это сделал в 1613 году Генри Фосетт. По-видимому, он опекал двух престарелых ткачей, у которых никого, кроме него, не было, и озаботился обеспечить им уход и спокойную старость и после собственной смерти. А один благодетель оставил в 1762 году деньги, на которые каждый август следовало устраивать для обитателей Госпиталя праздничную трапезу, включающую дичь и крепкое пиво.



В середине восемнадцатого века модный тогда в Норфолке архитектор Томас Айвори построил на территории госпиталя несколько совершенно не вписывавшихся туда домов, и тогда же там разместили данную плиту, объявляющую благодетелями Госпиталя Большого Гарри и его детей (за исключением королевы Мэри, разумеется). Надо отдать должное англичанам: хотя эту табличку только ленивый не изругал, никому в голову не пришло просто снять её и уничтожить. Впрочем, в каком-то смысле Сент-Жиль и вправду обязан всем перечисленным королям и королеве. Они могли его просто уничтожить, но не уничтожили.


творение Айвори


благодарственная табличка

В 1840 году Норвич стал стремительно нищать, и на территории Большого Госпиталя началось лихорадочное строительство. В 1849 году было построено пять коттеджей, в 1889 – шесть, в 1906 – двенадцать, и в 1937 – семнадцать. В 1980 году открыли Прайор Корт – дом, в котором восемнадцать однокомнатных и шесть двухкомнатных квартир для тех, кто нуждается в постоянном присмотре. В наше время была построена ещё один дом для нуждающихся в постоянном присмотре супружеских пар, на 16 квартир - Young's Green. Управляет всей системой трастовая корпорация, которая также поддерживает в рабочем состоянии старые постройки.





Я была в этом Госпитале в воскресенье, поэтому там было весьма пустынно. Невероятно спокойное место, и очень уютное. Потом, когда я начала бродить по территории, то поняла, что там – вполне обитаемые коттеджи и дома, и ограничилась осмотром галереи и церкви – снаружи, к сожалению. Один местный обитатель зорко наблюдал, чтобы я не забрела туда, куда забредать не полагается.



Видела прогуливающиеся парочки, выгуливающих друг друга собак с их хозяевами. Всё как-то удивительно светло. Возможно, это был просто солнечный день. Но мне хочется думать, что это была атмосфера места, где многие столетия старались сделать мир более приветливым для людей местом.