Секретари Марии, Гилберт Керл и Клод Най, были разумнее своей хозяйки. Получить подобное письмо было опасно, хранить его – еще опаснее, а уж отвечать – и вовсе безумие. Но Мария просто не могла действовать рационально, никогда не умела. Письмо она получила 9 июля, 11 июля она уже написала несколько вариантов письма на французском, потом финальную версию перевел на английский Керл, и он же его зашифровал. Послание, датированное 17.07.1586, было отправлено 18 июля. Шесть с половиной страниц!
Потом это письмо будут исследовать судьи, и после них – бессчетные поколения историков, выводы которых будут зависеть от их расположенности к Марии или отсутствию оной.
Сначала Мэри выражает поддержку планам, о которых ей написал Бабингтон:
Потом она вдруг упоминает, что, вообще-то, не очень и заинтересована в этом деле. И сразу перепрыгивает к подробному плану кампании:
Она дает Бабингтону советы:
И, наконец, о дате переворота:
Она очень озабочена тем, чтобы ее вовремя вытащили из-под опеки Полетта:
И тем, чтобы ее безопасность была гарантирована после побега:
Предупреждает Бабингтона о том, что Уолсингем имеет чрезвычайно развитую систему шпионов и информантов:
И снова возвращается к тому, как ее лучше спасти:
Все-таки, в самом конце письма она просит Бабингтона сжечь его.
Письмо было отправлено обычным способом, в пивной фляжке, и 18 июля Фелиппес приступил к его расшифровке. Добавив к изначальному, зашифрованному, поскриптум:
Этот поскриптум – чистая фальшивка, имеющая целью выяснить побольше о самом главном: от кого надо охранять Елизавету.
Потом это письмо будут исследовать судьи, и после них – бессчетные поколения историков, выводы которых будут зависеть от их расположенности к Марии или отсутствию оной.
Сначала Мэри выражает поддержку планам, о которых ей написал Бабингтон:
Потом она вдруг упоминает, что, вообще-то, не очень и заинтересована в этом деле. И сразу перепрыгивает к подробному плану кампании:
Она дает Бабингтону советы:
И, наконец, о дате переворота:
Она очень озабочена тем, чтобы ее вовремя вытащили из-под опеки Полетта:
И тем, чтобы ее безопасность была гарантирована после побега:
Предупреждает Бабингтона о том, что Уолсингем имеет чрезвычайно развитую систему шпионов и информантов:
И снова возвращается к тому, как ее лучше спасти:
Все-таки, в самом конце письма она просит Бабингтона сжечь его.
Письмо было отправлено обычным способом, в пивной фляжке, и 18 июля Фелиппес приступил к его расшифровке. Добавив к изначальному, зашифрованному, поскриптум:
Этот поскриптум – чистая фальшивка, имеющая целью выяснить побольше о самом главном: от кого надо охранять Елизавету.
