![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mirrinminttuАртур для Джона Ди был поздним ребенком, родился он 13 июля 1579 года, то есть знаменитому алхимику было уже 52. Это, впрочем, не помешало ему нарожать со своей третьей женой, Джейн Фромонд, которая вышла за него 1578 году, нарожать после Артура ещё семерых. Как-то вышло, что у Джона Ди до Джейн с семейной жизнью не складывалось. Его первая жена, Катерина Констебл, умерла в 1574 года после 9 лет бездетного брака, и оставила след в истории косвенно: в день ее смерти в Ричмонд к Ди нагрянула королева с придворными дамами, чтобы посмотреть в "магические зеркала" алхимика, в которых, по слухам, можно было увидеть будущее. Известие о смерти хозяйки никак на их планы не повлияло, и, говорят, дамы провели время очень весело. Вторая жена и вовсе промелькнула тенью в период 1575-1576. К слову, только мать Артура, Джейн, была удостоена чести быть отмеченной в альманахе Ди: "Feb. 5th, sponsalia cum Jana Fromonds horam circiter primam" (Женитьба с Джейн Фромондс примерно в час дня).
Слева - рисунок Артура Ди из "Arca Arcanorum", справа - любительская копия рисунка из "Списка Рипли", British Library MS. Sloane 1876. Paper. Octavo. 92 folios. 17th Century.
На Еву сходит духовная сущность от Луны, на Адама - от Солнца, позади Древо Знаний со Змеем, и Источник Знаний, подпись "Arca arcanorum abstrusae hermeticae scientiae ingressum, progressum, coronidem, verbis apertissimus explicans, ex selectissimis et celeberrimis authoribus collecta et antehac a nemine hac methodo distributa; opera et studio Arthuri Dee, Magni Imperatoris Russiae per annos bis septem Archiatri, cum epistola ad Oxoniae praesides etc., et praefatione dat Moscuae 10 Aug. 1634, praemissis. ff.1-83"(непрофессионально переведено мною как "Ковчег Тайн, таинственной герметической науки исток, развитие и увенчание, с подробным предисловием; а также избранные лучшие тайные методики прошлого, отработанные и изученные Артуром Ди, бывшим архиатром Великого Императора Русского дважды по семь лет, обучавшимся в Оксфорде и других местах, в Москве до 10 августа 1634 г")
Впрочем, Джейн была для него хорошим призом, потому что, принадлежа к джентри, была не только связана родством с полезными людьми, но имела и свои собственные связи и навыки - она с детства была придворной фрейлиной. Сначала - при дворе графини Линкольн, "красотки Фиц-Джеральд", а потом и при самой королеве. Это был, несомненно, намного более интересный брак для ученого, чем предыдущих два, потому что, помимо восьми детей, Джейн внесла в жизнь Ди любовь (он делал записи о ней и ее делах всю их совместную жизнь), порядок, и участие в его деятельности. Неудивительно, что Джон Ди решил не расставаться со своим сокровищем, и взял в свое путешествие по Европе и Джейн, и четырехлетнего Артура.
Долгих шесть лет для мальчишки наверняка пролетели быстро - постоянная перемена мест, разные языки, масса знакомств среди самых значительных людей того времени, которые его хорошо запомнили хотя бы потому, что Джон Ди приводил сына на все встречи под предлогом, что у ребенка периодически просыпается талант медиума. Это было не так, и Ди к тому моменту уже знал об этом. Если в его семье ученого реальные способности к видениям у кого и были, так это у Джейн - и то лишь через сны, и отнюдь не постоянно. Но Джон Ди и его супруга отлично знали, как работает международная сеть "своих" людей в области знаний для избранных, и насколько она могущественна. Надо сказать, их расчёт оправдался, их старшенький стал врачом и консультантом при двух королях.
Личностью он, тем не менее, вырос своеобразной. Будучи с детства подмастерьем своего отца, Артур и в будущем всегда будет ценить конкретные умения и перенятые от мастеров знания и наработки выше формального образования. Это сыграет с ним злую шутку в 1606 году, когда он, по самые уши зарывшийся в работы и рецепты Парацельса, столкнулся с реалиями жизни: без формального образования его, начинающего врача, мэтры из Королевского колледжа врачей могли играючи стереть в порошок - и стерли бы, если бы не определенный страх задеть Джона Ди и его покровителей. Надо сказать, что алхимики никогда ничего не писали на доступном языке. Рецепты, которые они изобретали и записывали, можно было увидеть или даже украсть, но пользы от этого было бы немного, потому что рецепт алхимика мог понять только другой алхимик, причем того же уровня или выше. Бесит же непричастных? Бесит.
В общем, Артур Ди, напрактиковавшись у алхимиков, изучив и после погрома, учиненного в Мортлейке в их отсутствие, оставшуюся эксклюзивной библиотеку отца, и прослушав недостающие ему лекции в Оксфорде, открыл в Лондоне практику, вывесил на дверях своей практики на всеобщее обозрение лист медикаментов, которыми он пользовался, с корректной ссылкой на рецепты Парацельса. Поскольку молодой человек ориентировался на комплексный метод лечения, и использовал нормальные растительные ингредиенты, практика начала процветать, что, собственно, и взбесило Королевский колледж врачей. Какой-то 26-летний недоучка утверждает, что пользуется наработками Парацельса, в которых они, мэтры, не понимали ни бельмеса. В общем, всё закончилось достаточно продуктивно - Артур уехал в Базель, и через три года вернулся с дипломом доктора медицины. Но характер его изменился на гораздо менее открытый.
Впрочем, диплом из Базеля и репутация отца не только не помогли карьере Артура в Англии, но скорее помешали. Во-первых, для медицинской практики в Англии требовался или английский диплом, или членство в Королевском колледже врачей. Он попытался туда вступить, но из-за предыдущего бурного знакомства ему отказали. А во-вторых, от практик Парацельса он отступать не собирался, и мэтров прогрессивного XVII века ужасала одна мысль о том, что в дремучем Средневековье умели что-то такое, чего не умеют они. Что ж, Артур стал именоваться не врачом, а консультантом, причем консультантом по вопросам лечения и здоровья, но поскольку больше он свои услуги никак не афишировал (это уже не было необходимым), гордо дипломированным в Англии коллегам придраться было не к чему. Женатый к тому времени на дочери судьи Изабелле Престич (Isabella Prestwych), Артур был востребован среди дворянства и вельмож, причем настолько, что о его талантах был наслышан и король Джеймс.
А теперь немного о человеке, на которого Артур будет работать в далекой России, о Михаиле Федоровиче Романове. Как ни странно, но о государе, вытащившем раздрызганную за долгое время Смуты и обнищавшую державу в довольно благополучное государство, справочных сведений мало, и поданы они словно через губу - безграмотен-де был отрок, слаб душой и телом, и ничего не знал и не умел. Вряд ли даже грамоте был обучен. Уж подумали бы составители таких справок, какой силы ума требовала его стратегия советоваться на каждом повороте с упрямыми боярами, и усмирять, никого не оскорбляя, бушующее море старых дрязг и новых амбиций. Не говоря о том, что боярского сына его разряда родители точно учителями обеспечили. Да, их преследовали, да, приходилось прятаться по монастырям, но точно не оставили домашние сына амбициозного Федора Романова без надлежащего обучения, тем более что библиотеки в те времена были как раз при монастырях. В общем, всего через 4 года после коронации царь уже выписал из Англии, с которой какие-никакие отношения сохранились, благодаря Меррику, и через все годы Смуты, специалиста по рудному делу, и стал строить заводы. Дело пошло, деньги пошли, специалистов прибавилось, была заложена Немецкая слобода, и появилась возможность немного себя порадовать - молодой царь любил растения и... технику. А в чем соединяются техника и растения? В алхимии.
Надо сказать, не на пустом месте эти интересы возникли. Ещё Борис Годунов очень хотел заполучить к себе хоть ненадолго Джона Ди, да и сам алхимик не был против, но Элизабет I воспротивилась (и правильно сделала, если учесть, чем закончилось правление царя Бориса). Теперь на сцену вышло следующее поколение, и преемник Элизабет Джеймс сам порекомендовал молодому царю Михаилу сына Джона Ди. Судьба.
Сразу скажу, что биографию Артура Ди я писать не собираюсь, и что пишу просто то, что с бору по сосенке собралось через Гугл. Правда, могу сразу указать на повторяющуюся ошибку в тексте, который более или менее в первозданном виде ходит повсюду, и вольно излагается, по всей видимости, по работе Николая Александровича Фигуровского, профессора химического факультета МГУ и заведующего кафедрой истории химии, "Очерк общей истории химии. От древнейших времен до начала XIX в". Так вот, Артур Ди не был врачом при короле Джеймсе, он консультировал короля (думаю, с большой осторожностью) как и прочих придворных вельмож, и тот, будучи в курсе противостояния Королевского колледжа Артуру, отправил его туда, где он мог и утвердиться как врач, и заработать достаточно, чтобы не знать недостатка в деньгах до конца дней. Я не стала бы утверждать, что Джеймс и Артур Ди вообще когда-то говорили на темы алхимии, потому что Джеймс по крайней мере в молодости относился ко всему, связанному с магией, очень нервно. Алхимия, конечно, не магия от слова совсем, но сами алхимики много сделали для того, чтобы придать своей науке сильный магический привкус.
Итак, чем занимался Артур Ди в Москве. Говорят, что царь подарил ему каменный дом у Ильинских ворот, положил 250 рублей в качестве годового жалования, а также 72 рубля в месяц на расходы, плюс распорядился поставлять англичанину ежедневно "четыре меры боярского вина, одну четверть (галлон) цыганского (вина), одну четверть вишневого меда или малинового меда, четверть “обарного” меда, ведро патоки, полчетверти фильтрованного меда, половину царского меда, полведра пива высочайшего качества и ведро простого пива". Понятно, что одной семье такого за сутки не одолеть, так что при "Артемии Ивановиче" была, очевидно, немалая челядь, причем не из англичан. В обязанности Артура входили медицинское обслуживание царя, царской семьи и придворных, надзор за импортом лекарственных снадобий через Аптекарскую палату, сотрудничество с английскими аптекарями при производстве необходимых препаратов, да и вообще организация формальной аптечно-медицинской системы в целом - ведь Аптекарская палата была создана буквально "под него", около 1620 года, и поднимать ее деятельность надо было буквально с нуля.
Ди заодно и контролировал квалификацию имеющихся врачей и врачей, прибывающих из-за границы. Надо сказать, что во времена Михаила Федоровича с медицинским персоналом под эгидой Аптекарской палаты было ещё реально туго: было тринадцать лекарей (военных, при армии), семь докторов, три химика (которые именовались "алхимиками"), окулист с непонятным образованием, два переводчика, да с дюжину дьяков и подъячьих. Сына одного из переводчиков Ди отправил учиться в Кембридж - надо было думать, на кого останется всё дело, когда Ди уедет. Дело, к слову, встало на ноги, и в 1632 году выросло в целый Аптекарский приказ. А пока в 1624 году в Москву приезжал и партнер по деятельности из Лондона, Рэндольф Уордли, через которого шли в Россию купорос и "териак" (попросту какое-то универсальное противоядие).
В 1626 году Артур Ди приехал в Англию в командировку. На этот раз он выбирал не медиков, а специалистов по добыванию руды, так что можно сделать вывод, что ход работ в Аптекарской палате наладился настолько, что у него появилось время для металлургии и химии. И действительно в 1629 году была написана самая его известная книга "Fasciculus Chemicus", то есть "Химические сборники", в которой он собрал все этапы герметики, и которую позже дополнил сочинением "Arca Arcanorum" ("Ковчег Тайн"), в которую собрал все свои наработки по практической алхимии и ятрохимии. Посвятил он свою книгу царю Михаилу, что говорит о том, что царь данной темой интересовался, но в России эта книга, по-видимому, никогда не была напечатана. Англичане упоминают в качестве причины неразвитость книгопечатанья на Руси того времени, но в данном случае причина все-таки была не в этом, а в ограничениях, наложенных духовенством, не слишком ласково относящимся к алхимии как таковой, даже если это просто химия. В Англии тоже жестко контролировалось, что можно печатать и что нельзя, и когда в 1650 году это уложение было изменено на более либеральное, рынок книгопечатанья буквально взбесился, пачками выпуская именно алхимическую и всякую оккультную литературу. Ди, успев увидеть в 1650 году перевод "Fasciculus Chemicus", выполненный Эшмолом, только за голову схватился: "Мне жаль, что вам или кому-либо еще приходится прилагать усилия для перевода какой-либо книги этого искусства на английский язык"... Действительно. Получить ключ к расшифровке, Hermeticae Philosophiae Medulla, удалось только в 2023 году совместными усилиями Меган Пиорко, Сары Ланг и Ричарда Бина. Без этого ключа книга не имела смысла и выглядела странным бредом.
В целом Артур Ди уехал домой с облегчением. Да, работа была интересной, престижной и отлично оплаченной, но служить при дворе русского царя было тяжело. Придворная жизнь вообще тяжела, потому что полна неочевидных ограничений и влияний, но если английское придворное болотце было известно Артуру с детства, то русское, сильно отличающееся от европейского, было для иностранцев особенно тяжело в навигации. Очевидно, после таких дипломатических усилий служить королю Чарльзу было гораздо легче. Забавно, что Чарльзу его рекомендовал именно царь Михаил, как врача, обладающего обширными знаниями. И 13 ноября 1635 года Артур Ди триумфально стал внештатным врачом его величества. Из России он, к слову, привез наработки использования народной медицины в лечении различных заболеваний, так что не ятрохимией единой... В 1640 году Ди очень вовремя уволился со своей престижной должности, и уехал в Норич, где до самой своей смерти держал весьма преуспевающую медицинскую практику, избежав всех пертурбаций гражданской войны. Невольно приходит в голову, уж не встретил ли он в тех краях другого энтузиаста химических опытов, принца Руперта?
Слева - рисунок Артура Ди из "Arca Arcanorum", справа - любительская копия рисунка из "Списка Рипли", British Library MS. Sloane 1876. Paper. Octavo. 92 folios. 17th Century.
На Еву сходит духовная сущность от Луны, на Адама - от Солнца, позади Древо Знаний со Змеем, и Источник Знаний, подпись "Arca arcanorum abstrusae hermeticae scientiae ingressum, progressum, coronidem, verbis apertissimus explicans, ex selectissimis et celeberrimis authoribus collecta et antehac a nemine hac methodo distributa; opera et studio Arthuri Dee, Magni Imperatoris Russiae per annos bis septem Archiatri, cum epistola ad Oxoniae praesides etc., et praefatione dat Moscuae 10 Aug. 1634, praemissis. ff.1-83"(непрофессионально переведено мною как "Ковчег Тайн, таинственной герметической науки исток, развитие и увенчание, с подробным предисловием; а также избранные лучшие тайные методики прошлого, отработанные и изученные Артуром Ди, бывшим архиатром Великого Императора Русского дважды по семь лет, обучавшимся в Оксфорде и других местах, в Москве до 10 августа 1634 г")
Впрочем, Джейн была для него хорошим призом, потому что, принадлежа к джентри, была не только связана родством с полезными людьми, но имела и свои собственные связи и навыки - она с детства была придворной фрейлиной. Сначала - при дворе графини Линкольн, "красотки Фиц-Джеральд", а потом и при самой королеве. Это был, несомненно, намного более интересный брак для ученого, чем предыдущих два, потому что, помимо восьми детей, Джейн внесла в жизнь Ди любовь (он делал записи о ней и ее делах всю их совместную жизнь), порядок, и участие в его деятельности. Неудивительно, что Джон Ди решил не расставаться со своим сокровищем, и взял в свое путешествие по Европе и Джейн, и четырехлетнего Артура.
Долгих шесть лет для мальчишки наверняка пролетели быстро - постоянная перемена мест, разные языки, масса знакомств среди самых значительных людей того времени, которые его хорошо запомнили хотя бы потому, что Джон Ди приводил сына на все встречи под предлогом, что у ребенка периодически просыпается талант медиума. Это было не так, и Ди к тому моменту уже знал об этом. Если в его семье ученого реальные способности к видениям у кого и были, так это у Джейн - и то лишь через сны, и отнюдь не постоянно. Но Джон Ди и его супруга отлично знали, как работает международная сеть "своих" людей в области знаний для избранных, и насколько она могущественна. Надо сказать, их расчёт оправдался, их старшенький стал врачом и консультантом при двух королях.
Личностью он, тем не менее, вырос своеобразной. Будучи с детства подмастерьем своего отца, Артур и в будущем всегда будет ценить конкретные умения и перенятые от мастеров знания и наработки выше формального образования. Это сыграет с ним злую шутку в 1606 году, когда он, по самые уши зарывшийся в работы и рецепты Парацельса, столкнулся с реалиями жизни: без формального образования его, начинающего врача, мэтры из Королевского колледжа врачей могли играючи стереть в порошок - и стерли бы, если бы не определенный страх задеть Джона Ди и его покровителей. Надо сказать, что алхимики никогда ничего не писали на доступном языке. Рецепты, которые они изобретали и записывали, можно было увидеть или даже украсть, но пользы от этого было бы немного, потому что рецепт алхимика мог понять только другой алхимик, причем того же уровня или выше. Бесит же непричастных? Бесит.
В общем, Артур Ди, напрактиковавшись у алхимиков, изучив и после погрома, учиненного в Мортлейке в их отсутствие, оставшуюся эксклюзивной библиотеку отца, и прослушав недостающие ему лекции в Оксфорде, открыл в Лондоне практику, вывесил на дверях своей практики на всеобщее обозрение лист медикаментов, которыми он пользовался, с корректной ссылкой на рецепты Парацельса. Поскольку молодой человек ориентировался на комплексный метод лечения, и использовал нормальные растительные ингредиенты, практика начала процветать, что, собственно, и взбесило Королевский колледж врачей. Какой-то 26-летний недоучка утверждает, что пользуется наработками Парацельса, в которых они, мэтры, не понимали ни бельмеса. В общем, всё закончилось достаточно продуктивно - Артур уехал в Базель, и через три года вернулся с дипломом доктора медицины. Но характер его изменился на гораздо менее открытый.
Впрочем, диплом из Базеля и репутация отца не только не помогли карьере Артура в Англии, но скорее помешали. Во-первых, для медицинской практики в Англии требовался или английский диплом, или членство в Королевском колледже врачей. Он попытался туда вступить, но из-за предыдущего бурного знакомства ему отказали. А во-вторых, от практик Парацельса он отступать не собирался, и мэтров прогрессивного XVII века ужасала одна мысль о том, что в дремучем Средневековье умели что-то такое, чего не умеют они. Что ж, Артур стал именоваться не врачом, а консультантом, причем консультантом по вопросам лечения и здоровья, но поскольку больше он свои услуги никак не афишировал (это уже не было необходимым), гордо дипломированным в Англии коллегам придраться было не к чему. Женатый к тому времени на дочери судьи Изабелле Престич (Isabella Prestwych), Артур был востребован среди дворянства и вельмож, причем настолько, что о его талантах был наслышан и король Джеймс.
А теперь немного о человеке, на которого Артур будет работать в далекой России, о Михаиле Федоровиче Романове. Как ни странно, но о государе, вытащившем раздрызганную за долгое время Смуты и обнищавшую державу в довольно благополучное государство, справочных сведений мало, и поданы они словно через губу - безграмотен-де был отрок, слаб душой и телом, и ничего не знал и не умел. Вряд ли даже грамоте был обучен. Уж подумали бы составители таких справок, какой силы ума требовала его стратегия советоваться на каждом повороте с упрямыми боярами, и усмирять, никого не оскорбляя, бушующее море старых дрязг и новых амбиций. Не говоря о том, что боярского сына его разряда родители точно учителями обеспечили. Да, их преследовали, да, приходилось прятаться по монастырям, но точно не оставили домашние сына амбициозного Федора Романова без надлежащего обучения, тем более что библиотеки в те времена были как раз при монастырях. В общем, всего через 4 года после коронации царь уже выписал из Англии, с которой какие-никакие отношения сохранились, благодаря Меррику, и через все годы Смуты, специалиста по рудному делу, и стал строить заводы. Дело пошло, деньги пошли, специалистов прибавилось, была заложена Немецкая слобода, и появилась возможность немного себя порадовать - молодой царь любил растения и... технику. А в чем соединяются техника и растения? В алхимии.
Надо сказать, не на пустом месте эти интересы возникли. Ещё Борис Годунов очень хотел заполучить к себе хоть ненадолго Джона Ди, да и сам алхимик не был против, но Элизабет I воспротивилась (и правильно сделала, если учесть, чем закончилось правление царя Бориса). Теперь на сцену вышло следующее поколение, и преемник Элизабет Джеймс сам порекомендовал молодому царю Михаилу сына Джона Ди. Судьба.
Сразу скажу, что биографию Артура Ди я писать не собираюсь, и что пишу просто то, что с бору по сосенке собралось через Гугл. Правда, могу сразу указать на повторяющуюся ошибку в тексте, который более или менее в первозданном виде ходит повсюду, и вольно излагается, по всей видимости, по работе Николая Александровича Фигуровского, профессора химического факультета МГУ и заведующего кафедрой истории химии, "Очерк общей истории химии. От древнейших времен до начала XIX в". Так вот, Артур Ди не был врачом при короле Джеймсе, он консультировал короля (думаю, с большой осторожностью) как и прочих придворных вельмож, и тот, будучи в курсе противостояния Королевского колледжа Артуру, отправил его туда, где он мог и утвердиться как врач, и заработать достаточно, чтобы не знать недостатка в деньгах до конца дней. Я не стала бы утверждать, что Джеймс и Артур Ди вообще когда-то говорили на темы алхимии, потому что Джеймс по крайней мере в молодости относился ко всему, связанному с магией, очень нервно. Алхимия, конечно, не магия от слова совсем, но сами алхимики много сделали для того, чтобы придать своей науке сильный магический привкус.
Итак, чем занимался Артур Ди в Москве. Говорят, что царь подарил ему каменный дом у Ильинских ворот, положил 250 рублей в качестве годового жалования, а также 72 рубля в месяц на расходы, плюс распорядился поставлять англичанину ежедневно "четыре меры боярского вина, одну четверть (галлон) цыганского (вина), одну четверть вишневого меда или малинового меда, четверть “обарного” меда, ведро патоки, полчетверти фильтрованного меда, половину царского меда, полведра пива высочайшего качества и ведро простого пива". Понятно, что одной семье такого за сутки не одолеть, так что при "Артемии Ивановиче" была, очевидно, немалая челядь, причем не из англичан. В обязанности Артура входили медицинское обслуживание царя, царской семьи и придворных, надзор за импортом лекарственных снадобий через Аптекарскую палату, сотрудничество с английскими аптекарями при производстве необходимых препаратов, да и вообще организация формальной аптечно-медицинской системы в целом - ведь Аптекарская палата была создана буквально "под него", около 1620 года, и поднимать ее деятельность надо было буквально с нуля.
Ди заодно и контролировал квалификацию имеющихся врачей и врачей, прибывающих из-за границы. Надо сказать, что во времена Михаила Федоровича с медицинским персоналом под эгидой Аптекарской палаты было ещё реально туго: было тринадцать лекарей (военных, при армии), семь докторов, три химика (которые именовались "алхимиками"), окулист с непонятным образованием, два переводчика, да с дюжину дьяков и подъячьих. Сына одного из переводчиков Ди отправил учиться в Кембридж - надо было думать, на кого останется всё дело, когда Ди уедет. Дело, к слову, встало на ноги, и в 1632 году выросло в целый Аптекарский приказ. А пока в 1624 году в Москву приезжал и партнер по деятельности из Лондона, Рэндольф Уордли, через которого шли в Россию купорос и "териак" (попросту какое-то универсальное противоядие).
В 1626 году Артур Ди приехал в Англию в командировку. На этот раз он выбирал не медиков, а специалистов по добыванию руды, так что можно сделать вывод, что ход работ в Аптекарской палате наладился настолько, что у него появилось время для металлургии и химии. И действительно в 1629 году была написана самая его известная книга "Fasciculus Chemicus", то есть "Химические сборники", в которой он собрал все этапы герметики, и которую позже дополнил сочинением "Arca Arcanorum" ("Ковчег Тайн"), в которую собрал все свои наработки по практической алхимии и ятрохимии. Посвятил он свою книгу царю Михаилу, что говорит о том, что царь данной темой интересовался, но в России эта книга, по-видимому, никогда не была напечатана. Англичане упоминают в качестве причины неразвитость книгопечатанья на Руси того времени, но в данном случае причина все-таки была не в этом, а в ограничениях, наложенных духовенством, не слишком ласково относящимся к алхимии как таковой, даже если это просто химия. В Англии тоже жестко контролировалось, что можно печатать и что нельзя, и когда в 1650 году это уложение было изменено на более либеральное, рынок книгопечатанья буквально взбесился, пачками выпуская именно алхимическую и всякую оккультную литературу. Ди, успев увидеть в 1650 году перевод "Fasciculus Chemicus", выполненный Эшмолом, только за голову схватился: "Мне жаль, что вам или кому-либо еще приходится прилагать усилия для перевода какой-либо книги этого искусства на английский язык"... Действительно. Получить ключ к расшифровке, Hermeticae Philosophiae Medulla, удалось только в 2023 году совместными усилиями Меган Пиорко, Сары Ланг и Ричарда Бина. Без этого ключа книга не имела смысла и выглядела странным бредом.
В целом Артур Ди уехал домой с облегчением. Да, работа была интересной, престижной и отлично оплаченной, но служить при дворе русского царя было тяжело. Придворная жизнь вообще тяжела, потому что полна неочевидных ограничений и влияний, но если английское придворное болотце было известно Артуру с детства, то русское, сильно отличающееся от европейского, было для иностранцев особенно тяжело в навигации. Очевидно, после таких дипломатических усилий служить королю Чарльзу было гораздо легче. Забавно, что Чарльзу его рекомендовал именно царь Михаил, как врача, обладающего обширными знаниями. И 13 ноября 1635 года Артур Ди триумфально стал внештатным врачом его величества. Из России он, к слову, привез наработки использования народной медицины в лечении различных заболеваний, так что не ятрохимией единой... В 1640 году Ди очень вовремя уволился со своей престижной должности, и уехал в Норич, где до самой своей смерти держал весьма преуспевающую медицинскую практику, избежав всех пертурбаций гражданской войны. Невольно приходит в голову, уж не встретил ли он в тех краях другого энтузиаста химических опытов, принца Руперта?
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}