mirrinminttu | "Безумная Мэдж", герцогиня Ньюкасл

Я недавно упомянула, что эмигрировавший подальше от полей битв гражданской войны Уильям Кавендиш, маркиз Ньюкасл, занимал себя в Париже ухаживаниями за молодой фрейлиной королевы, Маргарет Лукас. Разница в возрасте была существенной - целых 30 лет. Время было тревожным - после Марстон Мура поражение роялистов было лишь вопросом времени. Кавендиш, который был тьютором наследного принца, мог уповать лишь на него и на будущее. А пока он просто выдернул из мясорубки брата и своих двух сыновей, и смотался в Гамбург, а оттуда - в Париж.

В Париже он, с упорством, достойным лучшего применения, тратил время, пытаясь убедить королеву, что принц Руперт должен быть отстранен от командования, но был вовремя приятно удивлен, обнаружив в числе фрейлин Генриетты Марии молоденькую фрейлину, чувствующую себя в вопросах натуральной философии (она же естественная история или естествознание - то есть "философская и естественно-научная дисциплина, в рамках которой делается попытка свести все доступные на данный момент знания о природе в единую систему, основанную на некоторых исходных принципах", как определяет википедия) как рыба в воде. Дело в том, что и сам Кавендиш углубленно занимался именно натуральной философией, и был своим для людей с самыми яркими именами на этой стезе - Рене Декарта, Томаса Гоббса, Генри Мора, Кенельма Дигби, Уолтера Чарльтона, Пьера Гассенди, Марена Мерсенна.

Но с Маргарет Люкас его объединяло и нечто более базовое - повышенная выживаемость в любых испытаниях. Дом Маргарет в Колчестере, известный как Аббатство Сент-Джон, был атакован в ходе погромов католиков ещё в 1642 году. Видимо, какая-то местная банда, или прибывшая из Колчестера, и очень похоже, что им пришлось удовольствоваться только вандализмом в семейном склепе Люкасов. Я не смогла докопаться до толкового объяснения, чем занимался ее отец, сэр Томас Люкас, умерший в 1625 году, кроме того, что в 1617 году он занимал должность главного шерифа Эссекса, и что старший брат Маргарет родился до брака своих родителей, потому что они не успели пожениться до ссылки сэра Томаса.

Покопавшись в архивах парламента я выяснила, за что сэр Томас заработал ссылку. Он убил на дуэли любимчика королевы сэра Уильяма Брука. Всё началось в незапамятные времена, когда Люкасы стояли за королеву Мэри, а Бруки не пропустили ни одного восстания против нее (там было ещё и родство с Вайаттами через брак). Вдобавок ко всему, сэр Томас Люкас имел нрав взрывной и характер буйный, так что у него, между прочим образованного юриста, были за плечами множество штрафов и пара коротких отсидок в тюрьме Флит. Тем не менее он был придворным, как и Брук, и у него в любовницах была придворная королевы Элизабет Лейтон, на которой он собирался когда-нибудь жениться. Как известно, королева Элизабет ухитрилась устроить свой двор как-то так, что обстановка там была одновременно и строгой, и фривольной, причем карали, в основном, тех, кто переходил некую черту между частным и публичным. Беременность Элизабет Лейтон стала бы именно таким случаем, если бы едкая шутка Брука о "слегка беременной" любовнице его недруга дошла до ушей ее величества.

В общем, сэр Томас, которому было-то всего 24 года, не мешкая, вытащил Брука (которому было, к слову, уже 70 лет!) на дуэль, да и проткнул его шпагой так, что тот вскоре от полученной раны умер. Старый Томас Люкас, предполагая, что королева на этот раз приговорит его проблемного сына к плахе, быстренько распродал семейные земли, чтобы их, в случае чего, не экспроприировали в пользу короны. Но обошлось, и молодой Люкас, которому благоволил наследник престола, Джеймс Стюарт, отделался ссылкой. Ордеры на арест Люкаса выпускались 24 и 30 декабря 1597 года, так что можно понять, что вообще-то Томас Люкас не то чтобы в ссылке был, а в бегах, но как-то дело замялось. Когда он смог вернуться в Англию по помилованию нового короля, его сыну Томасу было уже 6 лет. После этого он женился на Элизабет, и они нажили ещё 7 детей. Старый Люкас, умерший в 1611 году, завещал, кстати, всё свое громадное состояние именно Элизабет и детям, а сыну - лишь резную кровать, и ту с условием, что она не должна выходить из собственности семьи.

Но знаете что? Нынешний электронный регистр генеалогии Geni называет женой Томаса Люкаса вовсе не Элизабет Лейтон, а некую Джон Беннет (именно Джон, а не Джоан - Jone Bennet), с которой у Люкаса была дочь Маргарет. Ну, здесь надо понимать, что в 1587 году, когда родилась их дочь Маргарет, люди автоматически считались мужем и женой, если они жили вместе, а эта Джон Беннет пережила сэра Томаса на год. Но самое интересное, что Беннет было 27, когда родилась ее дочь, а вот сэру Томасу, родившемуся в 1573 году, всего 14. Так что там могла быть очень интересная история, но Беннет вряд ли была благородных кровей - ни о ее родителях, ни о родичах мужа их с Томасом дочери данных нет. Они попадают в регистр и отслеживаются вперед только из-за родства с сэром Томасом.

Для Маргарет, тем не менее, эпизода 1642 года хватило, чтобы в секрете от матери обратиться к королеве, находящейся в Оксфорде, с просьбой о возможности стать ее фрейлиной. В секрете потому, что до этого она говорила с Элизабет о своем желании примкнуть к числу придворных, но леди Элизабет, знающая придворные нравы не по наслышке, запретила ей и думать об этом. Просьба была удовлетворена, и Маргарет смогла покинуть Англию вместе с Генриеттой Марией, в составе ее двора. Возможно, она была травмирована случившимся и не чувствовала больше себя в безопасности дома. Возможно, она хотела приключения, потому что имела амбиции для большего, чем прожить свою жизнь тихой бледненькой тенью. А проблемы со здоровьем у нее были серьезны настолько, что она даже не получила формального образования, обязательного для девушек ее круга, но получила право бесконтрольного самообучения в библиотеке семейства. Отсюда, собственно и привычка писать. Ну а ее фокус на натуральной философии - это явно от восхищения братом Джоном, блестящим полиглотом, владеющим классическими языками и высоко ценившимся в кругах философов.

Похоже, у Маргарет Люкас было проявление одного из синдромов аутистического спектра, вежливо именующееся в те времена "меланхолией" - она была абсолютно обычной девушкой в кругу своих, но на людях буквально немела. Позже она писала в своей биографии, что дело было не в том, что она теряла дар речи, а в том, что боялась, что у нее вырвется что-то совершенно неподходящее. Она предпочитала, чтобы ее считали глупой, нежели грубой и дикой. К тому же Маргарет выглядела просто смертельно бледной, и ее речь могла сопровождаться неконтролируемыми движениями. Что почувствовал Кавендиш, увидев эту странную девушку? Похоже, он уже знал ее заочно. Возможно (и скорее всего) именно через кружок философов, куда входил ее брат. В любом случае, в декабре 1645 они стали мужем и женой, и жили довольно долго и очень счастливо. По иронии судьбы, Уильям Кавердиш пережил свою молодую жену на три года. Впрочем, Маргарет без особых проблем со здоровьем дожила до 50.

William Cavendish, 1st Duke of Newcastle-upon-Tyne and Margaret Cavendish (née Lucas), Duchess of Newcastle upon Tyne, by Peter van Lisebetten (Lysebetten, Liesebetten), after Abraham Diepenbeeck, line engraving, mid 17th century

Она не очень любила покидать дом, тем не менее, из-за вышеописанных особенностей, но делала достаточно исключений, чтобы ее стали считать эксцентричной и даже безумной. Эксцентричность была, это факт. Она сама признавала, что ей не нравилось одеваться так же, как одевались остальные женщины, так что свои причудливые наряды она придумывала сама, благо после Реставрации денег в семье было предостаточно. А до Реставрации их с мужем, чьи активы были арестованы и проданы администрацией парламента, очень поддержала мать Маргарет, леди Элизабет. Элизабет же запретила Маргарет покидать двор королевы в Париже.

Margaret Cavendish (née Lucas), Duchess of Newcastle upon Tyne, published by John Scott, after Abraham Diepenbeeck (1596-1675), stipple engraving, published 20 May 1806

И то правда - все ее братья были роялистами, и все в разной степени пострадали в гражданской войне. Умница Джон, четыре года отслуживший при юном принце Уэльском, за время двух гражданских войн успел быть арестован дважды. В первый раз он бежал и примкнул к армии роялистов, где и сражался до окончания первого раунда гражданской войны, во второй раз, после ареста в 1655 году, он понял, что ему безопаснее быть в тюрьме чем на воле, так что о нем благополучно забыли, а потом наступила Реставрация.

Брат Томас, будучи технически незаконнорожденным, почти все лихие годы провел в Ирландии, а когда вернулся в Англию в 1646 году, то просто заплатил пеню за своё поместье, которое и не покидал до самой смерти.

Чарльз, больше прочих похожий темпераментом на отца, только и делал что схлестывался с парламентаристами, попадался, откупался или бежал, давал клятвы не участвовать в войне, которые тут же нарушал, и в конце концов был схвачен в августе 1648 года и расстрелян после короткого суда. Не могу не упомянуть об одной особенности: суд был формальным, собственно. Части арестованных было просто обещано сохранить жизнь, а вот других осудили на милость победителя. Поскольку Томас Фэрфакс после кровавых событий второго раунда гражданской войны к милости расположен не был, Люкас и Лизл (сэр Джордж Дизл) были расстреляны во дворе Колчестерского замка, после чего захоронены в фамильном склепе Люкасов в церкви св. Жиля. После Реставрации сэр Джон перес их останки в склеп поместья, указав на мемориальной табличке, что они были "варварски и хладнокровно убиты по приказу Томаса Фэрфакса".