![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mirrinminttu«Все болезни от генов», - так это иногда выглядит в наше время. Генетика может объяснить практически всё. Где-то к той же мысли пришли и античные медики, исследующие причины появлений врождённых патологий. В начале седьмого века Исидор Севильский уже сделал обобщения из рассуждений и доводов античных предшественников, и вот что у него получилось.
«Они говорят, что дети напоминают отцов, если патернальное семя сильнее, или матерей, если сильнее матернальное семя. Сходство с обоими родителями подразумевает, что оба семени имели одинаковую силу», - писал он.
Напомню, что в Средние века ещё предполагали, что женщина может зачать только в том случае, если во время соития у неё вырабатывается «женское семя», которое, в свою очередь, вырабатывается только в том случае, если женщина испытывает в процессе оргазм.
Теория, о которой пишет Исидор Севильский, принадлежит Галену, и в этом случае он совершенно отходит от уважаемых античных авторитетов типа Аристотеля, который утверждал, что для продолжения рода нужно только мужское семя, а женщина всего лишь предоставляет для данной задачи свою матку, не более того. Как известно, Аристотель был ещё тем женоненавистником, но в данном случае мужчинам он оказал дурную услугу. Получалось, что если пара оставалась бездетной, то виноват в этом мужчина.
Впрочем, и теория Галена как бы давала понять, что причиной бездетности является неумение мужчины доставить своей супруге необходимое для выработки «женского семени» удовольствия.
В дальнейшем, мнения разделились. Физиологи стояли за теорию Галена, философы – за Аристотеля. Гиппократ, кстати, добавил к грузу ответственности, возлагаемому на мужчин в вопросе продолжения рода, ещё один фактор: качество спермы. Слабая сперма отца формирует слабость в потомстве. Причём, поскольку считалось, что сперма формируется во всех частях мужского тела, то напрашивался прямолинейный вывод: у ребёнка будут патологии в тех частях тела, в которых у его отца вырабатывалась слабая сперма. То есть, такое вот объяснение генетического наследования в эпоху, не знающую понятия «генокод». Не все были согласны возложить ответственность за качество потомства исключительно на мужчин. Один из учёных Салерно, где-то около 1200-го года, утверждал, что «дети рождаются похожими на своих матерей, и наследуют их патологии».
Но чем объяснить то, что у явно здоровых родителей могли появляться дети с отклонениями? Вот здесь уже ответственность возлагалась либо на дефекты матки, либо на проблемы со здоровьем (особенно, в первую треть беременности), или травмы в период вынашивания, или на неправильный процесс родов.
Любопытно, что превозносимый всеми Авиценна высказывал в некоторых случаях очень экзотические мысли. Например, при обследовании восьмилетней девочки, страдающей от карликовости, Альбертус Магнус смог предположить только одну причину, и именно её указал Авиценна: «монструозность» способа соития родителей, в результате которого только малая часть спермы отца смогла попасть в чрево матери. Как видите, регламентация «поз» при соитии – штука довольно древняя.
Наследуются ли детьми приобретённая их родителями патология? Не наследуется, аргументировал Гийом Коншский (1080-1154). Потому что «природа исправляет», как бы занимая у других частей тела отца сперму для недостающих. А вот суставные проблемы, врождённые дефекты – наследуются, так как «сперма следует комплекции мужчины, зачавшего ребёнка». Так писал де Шолиак, цитируя Авиценну.
Поскольку проблемы эмбриологии и наследственности занимали в Средние века мысли будущих родителей не менее чем в наше время, по вопросу хотели бы высказаться многие. Только нельзя тогда было вот так просто сесть, и написать свои соображения. Нужны были пруфлинки на тех, кто «умнее автора», заслуженнее, известнее, в конце концов. Это привело к появлению псевдо-галенических текстов, как минимум начиная с тринадцатого века. Авторы этих текстов писали отсебятину, ссылаясь на Галена. Самым известным из них оказался трактат De spermate, дошедший до нашего времени в 48-ми латинских манускриптах. На него, кстати, ссылались и комментировали до самой середины семнадцатого века.
Кем бы ни был автор этого текста, к вопросу продолжения рода он подошёл основательно, с пиететом к гуморальной теории. И надо отдать ему должное, он обратил внимание на то, в каком именно состоянии, в какой фазе находятся оба родителя. Причём, не только физически, но и психически. Если на момент зачатия ребёнка кто-то из родителей страдает от проблем в каком-то органе, есть большой шанс, что у ребёнка этот орган сформируется уязвимым. Если один из супругов на момент зачатия страдает от меланхолии, ребёнок, с большой вероятностью, унаследует меланхолию как склад характера. Более того, девочка будет чувствительнее к сплину, и подвержена всякого рода припадкам, а также будет глупа и не способна сдерживать свой характер.
Очень интересна попытка автора объяснить, почему у вполне нормально выглядящих и чувствующих себя родителей вдруг появляется ребёнок с деформацией. Автор говорит о «накоплении избытка жидкостей, которое меняет характер спермы, через природу матрицы, сила которой изменилась в своё время». То есть, речь идёт о накоплении генетических сбоев с материнской и отцовской стороны, которые, в результате, могут выдать генетическую деформацию у ребёнка вполне здоровых родителей. Автор также подчёркивает влияние окружающей среды – качество и состав молока, которым вскармливают ребёнка.
Если кто подумает, что разговоры о «болезнях стиля жизни» - это тема именно наших дней, то вот вам тирада по поводу дерматических заболеваний, от преподавателя практической хирургии в Монпелье, Вильяма де Конжени (1175–1225): «Многие родовитые и богатые люди страдают от них, потому что их матери жили в безделье и роскоши, что приводило к избыточности жидкостей, питающих плод. Совсем по-другому обстоит дело с детьми крестьян и бедняков, которые всегда рождаются красивыми, хотя впоследствии, от непосильной работы и плохой гигиены, они становятся уродливыми».
К концу Средневековья, сложилось довольно устойчивое мнение о том, как избежать проблем со здоровьем потомства. В первую очередь – никогда не иметь секса с супругой, находясь в состоянии стресса, раздражения и прочих негативных эмоций. Иначе, «может случиться так, что отец, который бесстрашен, силён и мудр, получит сына, который труслив, слаб и глуп. Также неразумно быть вместе, когда тело и члены находятся в плохом состоянии, то есть если отец и мать либо подавлены, либо пьяны, либо слабы, имеют плохой пульс и недостаток энергии, потому что логично предположить, что эти проблемы каким-то образом проявятся в детях. Они могут получиться деформированными, дефективными, эпилептичными, и даже не полностью сформированными», - писал в 1430-х Леон Баттиста Альберти (1404-1472). Который, надо сказать, сам был превосходным образцом удачного продолжения рода, как своей атлетической формой и красотой, так и невероятными интеллектуальными талантами. «Не предпочтёт ли разумный человек остаться лучше бездетным, нежели иметь больного или безумного ребёнка?», - заключает Альберти
«Они говорят, что дети напоминают отцов, если патернальное семя сильнее, или матерей, если сильнее матернальное семя. Сходство с обоими родителями подразумевает, что оба семени имели одинаковую силу», - писал он.
Напомню, что в Средние века ещё предполагали, что женщина может зачать только в том случае, если во время соития у неё вырабатывается «женское семя», которое, в свою очередь, вырабатывается только в том случае, если женщина испытывает в процессе оргазм.
Теория, о которой пишет Исидор Севильский, принадлежит Галену, и в этом случае он совершенно отходит от уважаемых античных авторитетов типа Аристотеля, который утверждал, что для продолжения рода нужно только мужское семя, а женщина всего лишь предоставляет для данной задачи свою матку, не более того. Как известно, Аристотель был ещё тем женоненавистником, но в данном случае мужчинам он оказал дурную услугу. Получалось, что если пара оставалась бездетной, то виноват в этом мужчина.
Впрочем, и теория Галена как бы давала понять, что причиной бездетности является неумение мужчины доставить своей супруге необходимое для выработки «женского семени» удовольствия.
В дальнейшем, мнения разделились. Физиологи стояли за теорию Галена, философы – за Аристотеля. Гиппократ, кстати, добавил к грузу ответственности, возлагаемому на мужчин в вопросе продолжения рода, ещё один фактор: качество спермы. Слабая сперма отца формирует слабость в потомстве. Причём, поскольку считалось, что сперма формируется во всех частях мужского тела, то напрашивался прямолинейный вывод: у ребёнка будут патологии в тех частях тела, в которых у его отца вырабатывалась слабая сперма. То есть, такое вот объяснение генетического наследования в эпоху, не знающую понятия «генокод». Не все были согласны возложить ответственность за качество потомства исключительно на мужчин. Один из учёных Салерно, где-то около 1200-го года, утверждал, что «дети рождаются похожими на своих матерей, и наследуют их патологии».
Но чем объяснить то, что у явно здоровых родителей могли появляться дети с отклонениями? Вот здесь уже ответственность возлагалась либо на дефекты матки, либо на проблемы со здоровьем (особенно, в первую треть беременности), или травмы в период вынашивания, или на неправильный процесс родов.
Любопытно, что превозносимый всеми Авиценна высказывал в некоторых случаях очень экзотические мысли. Например, при обследовании восьмилетней девочки, страдающей от карликовости, Альбертус Магнус смог предположить только одну причину, и именно её указал Авиценна: «монструозность» способа соития родителей, в результате которого только малая часть спермы отца смогла попасть в чрево матери. Как видите, регламентация «поз» при соитии – штука довольно древняя.
Наследуются ли детьми приобретённая их родителями патология? Не наследуется, аргументировал Гийом Коншский (1080-1154). Потому что «природа исправляет», как бы занимая у других частей тела отца сперму для недостающих. А вот суставные проблемы, врождённые дефекты – наследуются, так как «сперма следует комплекции мужчины, зачавшего ребёнка». Так писал де Шолиак, цитируя Авиценну.
Поскольку проблемы эмбриологии и наследственности занимали в Средние века мысли будущих родителей не менее чем в наше время, по вопросу хотели бы высказаться многие. Только нельзя тогда было вот так просто сесть, и написать свои соображения. Нужны были пруфлинки на тех, кто «умнее автора», заслуженнее, известнее, в конце концов. Это привело к появлению псевдо-галенических текстов, как минимум начиная с тринадцатого века. Авторы этих текстов писали отсебятину, ссылаясь на Галена. Самым известным из них оказался трактат De spermate, дошедший до нашего времени в 48-ми латинских манускриптах. На него, кстати, ссылались и комментировали до самой середины семнадцатого века.
Кем бы ни был автор этого текста, к вопросу продолжения рода он подошёл основательно, с пиететом к гуморальной теории. И надо отдать ему должное, он обратил внимание на то, в каком именно состоянии, в какой фазе находятся оба родителя. Причём, не только физически, но и психически. Если на момент зачатия ребёнка кто-то из родителей страдает от проблем в каком-то органе, есть большой шанс, что у ребёнка этот орган сформируется уязвимым. Если один из супругов на момент зачатия страдает от меланхолии, ребёнок, с большой вероятностью, унаследует меланхолию как склад характера. Более того, девочка будет чувствительнее к сплину, и подвержена всякого рода припадкам, а также будет глупа и не способна сдерживать свой характер.
Очень интересна попытка автора объяснить, почему у вполне нормально выглядящих и чувствующих себя родителей вдруг появляется ребёнок с деформацией. Автор говорит о «накоплении избытка жидкостей, которое меняет характер спермы, через природу матрицы, сила которой изменилась в своё время». То есть, речь идёт о накоплении генетических сбоев с материнской и отцовской стороны, которые, в результате, могут выдать генетическую деформацию у ребёнка вполне здоровых родителей. Автор также подчёркивает влияние окружающей среды – качество и состав молока, которым вскармливают ребёнка.
Если кто подумает, что разговоры о «болезнях стиля жизни» - это тема именно наших дней, то вот вам тирада по поводу дерматических заболеваний, от преподавателя практической хирургии в Монпелье, Вильяма де Конжени (1175–1225): «Многие родовитые и богатые люди страдают от них, потому что их матери жили в безделье и роскоши, что приводило к избыточности жидкостей, питающих плод. Совсем по-другому обстоит дело с детьми крестьян и бедняков, которые всегда рождаются красивыми, хотя впоследствии, от непосильной работы и плохой гигиены, они становятся уродливыми».
К концу Средневековья, сложилось довольно устойчивое мнение о том, как избежать проблем со здоровьем потомства. В первую очередь – никогда не иметь секса с супругой, находясь в состоянии стресса, раздражения и прочих негативных эмоций. Иначе, «может случиться так, что отец, который бесстрашен, силён и мудр, получит сына, который труслив, слаб и глуп. Также неразумно быть вместе, когда тело и члены находятся в плохом состоянии, то есть если отец и мать либо подавлены, либо пьяны, либо слабы, имеют плохой пульс и недостаток энергии, потому что логично предположить, что эти проблемы каким-то образом проявятся в детях. Они могут получиться деформированными, дефективными, эпилептичными, и даже не полностью сформированными», - писал в 1430-х Леон Баттиста Альберти (1404-1472). Который, надо сказать, сам был превосходным образцом удачного продолжения рода, как своей атлетической формой и красотой, так и невероятными интеллектуальными талантами. «Не предпочтёт ли разумный человек остаться лучше бездетным, нежели иметь больного или безумного ребёнка?», - заключает Альберти
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}