![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mirrinminttuИтак, к 1483 году ситуация с успехами Англии в международных делах стала выглядеть довольно мрачно. Король Эдвард IV лишился не только симпатичных дотаций от французской короны в свою казну (50 000 крон – не кот чихнул), но и потенциального зятя из Франции. Англии стали активно докучать французские пираты. И где-то на горизонте маячил Генри Тюдор, с его претензиями на трон. И то, что при дворе французского короля Генри Тюдора как-то исподволь стали считать младшим сыном покойного Генри VI, говорило о том, что эта фигура будет активно продвигаться анти-английской партией на континенте. А это означало опасность вторжения под знамёнами «восстановим законного наследника престола в его правах».
Генри VI и после смерти продолжал осложнять дела в своём королевстве
Собственно, единственным успехом в тот момент был шотландский поход Ричарда Глостера – и то, скорее вопреки, а не благодаря распоряжениям его величества. Король решил отомстить коварным французам, которые сбросили его с политической шахматной доски как простую пешку. Ричард Глостер, генерал-лейтенант наземных сил и высший адмирал флота, должен был возглавить ответный удар.
Но в апреле 1483 года Эдвард IV достаточно неожиданно умер. Формально это означало, что обязанности Ричарда Глостера по отношению к его суверену – закончились. Но они не закончились по отношению к королевству, чьими военными силами он командовал на суше и на море, и за чью безопасность он отвечал в роли высшего коннетабля.
Ответственность Глостера подчёркивалась ещё и тем, что союзников у Англии в тот момент не было вообще, а будущий король был несовершеннолетним на многие годы. Естественно, в таких обстоятельствах утверждение Ричарда Глостера на роль протектора королевства должно было стать простой формальностью. Но королева решила, что момент слишком хорош для того, чтобы упустить возможность стать регентом, и править Англией от имени своего сына.
Как известно, паника Гастингса и быстрая реакция Глостера свели планы Элизабет Вудвилл на нет, и Ричард Глостер занял тот пост, который ему и полагалось занять, причём, не ввергнув страну в состояние очередной гражданской войны. В качестве лорда-протектора Ричард продолжал спешно и интенсивно готовить коронацию Эдварда V, пока публичное заявление Стиллигтона не подняло вопрос о формальной законности происхождения детей Эдварда IV. По словам Карсон, никаких решений в те дни, всё-таки, не было принято. Предмет решили как следует обсудить, и просто отложили предполагаемую коронацию до ноября 1483 года.
Но 26 июня 1483 года представители королевского совета, палаты лордов и палаты общин обратились к Ричарду с петицией принять корону. Их можно понять. Стиллингтон явно не лгал, и даже если бы удалось изобрести какую-то легальную зацепку, чтобы короновать бастарда (например, то, что королева на момент его рождения искренне не знала, что её брак не является законным), оставалась проблема ребёнка на троне, которая всегда приводила к хаосу в стране.
Сыновьям Эдварда IV на тот момент было 12 лет и 5 месяцев (Эдвард), и 9 лет и 8 месяцев (Ричард). По изначальным планам герцога Глостера и обычаям королевства, до совершеннолетия Эдварда он занимал бы должность протектора и защитника королевства, королевский совет занимался бы делами управления, а воспитанием будущего суверена и его брата занималась бы группа лиц, которых Эдвард IV уже назначил. К сожалению, неуместная активность королевы и тех, кто за ней стоял, перемешали всю колоду.
Не секрет, что Вудвиллы не были популярны. Относительная «худородность» - это одно и не главное. Многочисленность этого семейства и его сплочённость представляли куда как большую проблему для тех, кто в него не входил. Тем не менее, за двадцать лет к Вудвиллам как-то привыкли. Да, была личная и активная неприязнь между Вудвиллами и Гастингсом, чьи интересы начали пересекаться ещё с тех времён, когда королева Элизабет Вудвилл была всего лишь «бедной ланкастерианской вдовой».
Но в общем и целом какой-то баланс мог быть достигнут, если бы не решение королевы устроить быстрый переворот, полностью вычеркнув из сценария будущего лорда-протектора. Как минимум – должность. Другой вопрос, какими были планы семейства в отношении единственного оставшегося в живых брата короля, ещё и обладающего огромной административной и военной властью, и имевшего превосходную репутацию.
Ну, какими бы они ни были, в Стони Стратфорд им пришёл конец. Персона наследника престола перешла из рук эскорта Вудвиллов в руки эскорта Глостера. Как понимаю, герцог сделал почти невозможное, распустив эскорт племянника, величиной в пару тысяч тяжело вооружённых воинов, простым «все свободны».
Но, при всём моём обожании Ричарда Глостера, должна заметить, что он был высшим командиром для этого конвоя, как генерал-лейтенант сухопутных сил. Плюс, когда высший коннетабль королевства говорит «марш по домам» - это не обсуждается, если только нет желания оказаться в рядах государственных изменников. Так что харизма харизмой, а вполне бюрократические нюансы тоже не стоит из вида упускать.
Эта же бюрократия объясняет и то, почему Глостер двигался с минимальным, чисто церемониальным, эскортом, и почему он запретил Бэкингему брать с собой кого-либо, кроме необходимого церемониального эскорта. Командующему войсками нет необходимости таскать за собой армию. И высший коннетабль королевства вовсе не собирался позволить ситуацию, в которой один из наиболее значительных магнатов и аристократов королевства оказал бы вооружённое давление на сопровождение объявленного короля.
Похоже, что у Ричарда Глостера, помимо остальных достоинств и талантов, был ещё и чрезвычайно быстрый стратегический ум. Ведь всё описываемое происходило с огромной скоростью.
Генри VI и после смерти продолжал осложнять дела в своём королевстве
Собственно, единственным успехом в тот момент был шотландский поход Ричарда Глостера – и то, скорее вопреки, а не благодаря распоряжениям его величества. Король решил отомстить коварным французам, которые сбросили его с политической шахматной доски как простую пешку. Ричард Глостер, генерал-лейтенант наземных сил и высший адмирал флота, должен был возглавить ответный удар.
Но в апреле 1483 года Эдвард IV достаточно неожиданно умер. Формально это означало, что обязанности Ричарда Глостера по отношению к его суверену – закончились. Но они не закончились по отношению к королевству, чьими военными силами он командовал на суше и на море, и за чью безопасность он отвечал в роли высшего коннетабля.
Ответственность Глостера подчёркивалась ещё и тем, что союзников у Англии в тот момент не было вообще, а будущий король был несовершеннолетним на многие годы. Естественно, в таких обстоятельствах утверждение Ричарда Глостера на роль протектора королевства должно было стать простой формальностью. Но королева решила, что момент слишком хорош для того, чтобы упустить возможность стать регентом, и править Англией от имени своего сына.
Как известно, паника Гастингса и быстрая реакция Глостера свели планы Элизабет Вудвилл на нет, и Ричард Глостер занял тот пост, который ему и полагалось занять, причём, не ввергнув страну в состояние очередной гражданской войны. В качестве лорда-протектора Ричард продолжал спешно и интенсивно готовить коронацию Эдварда V, пока публичное заявление Стиллигтона не подняло вопрос о формальной законности происхождения детей Эдварда IV. По словам Карсон, никаких решений в те дни, всё-таки, не было принято. Предмет решили как следует обсудить, и просто отложили предполагаемую коронацию до ноября 1483 года.
Но 26 июня 1483 года представители королевского совета, палаты лордов и палаты общин обратились к Ричарду с петицией принять корону. Их можно понять. Стиллингтон явно не лгал, и даже если бы удалось изобрести какую-то легальную зацепку, чтобы короновать бастарда (например, то, что королева на момент его рождения искренне не знала, что её брак не является законным), оставалась проблема ребёнка на троне, которая всегда приводила к хаосу в стране.
Сыновьям Эдварда IV на тот момент было 12 лет и 5 месяцев (Эдвард), и 9 лет и 8 месяцев (Ричард). По изначальным планам герцога Глостера и обычаям королевства, до совершеннолетия Эдварда он занимал бы должность протектора и защитника королевства, королевский совет занимался бы делами управления, а воспитанием будущего суверена и его брата занималась бы группа лиц, которых Эдвард IV уже назначил. К сожалению, неуместная активность королевы и тех, кто за ней стоял, перемешали всю колоду.
Не секрет, что Вудвиллы не были популярны. Относительная «худородность» - это одно и не главное. Многочисленность этого семейства и его сплочённость представляли куда как большую проблему для тех, кто в него не входил. Тем не менее, за двадцать лет к Вудвиллам как-то привыкли. Да, была личная и активная неприязнь между Вудвиллами и Гастингсом, чьи интересы начали пересекаться ещё с тех времён, когда королева Элизабет Вудвилл была всего лишь «бедной ланкастерианской вдовой».
Но в общем и целом какой-то баланс мог быть достигнут, если бы не решение королевы устроить быстрый переворот, полностью вычеркнув из сценария будущего лорда-протектора. Как минимум – должность. Другой вопрос, какими были планы семейства в отношении единственного оставшегося в живых брата короля, ещё и обладающего огромной административной и военной властью, и имевшего превосходную репутацию.
Ну, какими бы они ни были, в Стони Стратфорд им пришёл конец. Персона наследника престола перешла из рук эскорта Вудвиллов в руки эскорта Глостера. Как понимаю, герцог сделал почти невозможное, распустив эскорт племянника, величиной в пару тысяч тяжело вооружённых воинов, простым «все свободны».
Но, при всём моём обожании Ричарда Глостера, должна заметить, что он был высшим командиром для этого конвоя, как генерал-лейтенант сухопутных сил. Плюс, когда высший коннетабль королевства говорит «марш по домам» - это не обсуждается, если только нет желания оказаться в рядах государственных изменников. Так что харизма харизмой, а вполне бюрократические нюансы тоже не стоит из вида упускать.
Эта же бюрократия объясняет и то, почему Глостер двигался с минимальным, чисто церемониальным, эскортом, и почему он запретил Бэкингему брать с собой кого-либо, кроме необходимого церемониального эскорта. Командующему войсками нет необходимости таскать за собой армию. И высший коннетабль королевства вовсе не собирался позволить ситуацию, в которой один из наиболее значительных магнатов и аристократов королевства оказал бы вооружённое давление на сопровождение объявленного короля.
Похоже, что у Ричарда Глостера, помимо остальных достоинств и талантов, был ещё и чрезвычайно быстрый стратегический ум. Ведь всё описываемое происходило с огромной скоростью.
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}