Густав Ваза - 2
Feb. 8th, 2010 06:05 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mirrinminttuВряд ли свежеиспеченного короля удивило то, что он обнаружил, разбираясь с состоянием дел страны, ведь всю свою жизнь Густав колесил по самым отдаленным провинциям, и знал о том, как и чем живет народ, гораздо лучше любого короля, родившегося во дворце. И все-таки, получить на руки хозяйство в таком состоянии было сомнительной честью.
Стокгольмский дворец Три Короны был в растерзанном состоянии после долгой осады войсками датчан и, конечно, не восстановлен. Населения на всю Швецию и Финляндию было всего около миллиона человек, и те были сосредоточены всего в трех областях. Армии не было. Флота не было. С севера, юга и запада страну окружали датчане. Как государство, Швеция для Европы не существовала и вовсе, ведь официально она все еще как бы считалась частью Северного союза, где избранным королем был Кристиан II.
В городах жило всего 5% населения, да и какие там города, если в самом Стокгольме и в лучшие-то времена население еле дотягивало до 7 000 человек. Экономика была полностью в руках любекских купцов. Система образования блистала полным отсутствием оного. Шведы получали образование либо за границей, либо у частных мастеров-учителей, которых было мало, либо учились в университете Уппсалы, который к 1523 году захирел почти окончательно. Система образования через церкви и монастыри не работала совершенно, потому что приходского священника обычно избирали из своих, он отправлялся ненадолго в Германию, где зазубривал тексты Библии на латыни, и возвращался потом в родную деревню, где продолжал крестьянствовать, приходя в воскресенье проповедовать в церковь в сапогах, и колотя в особо пафосных местах рукавицами по кафедре.
К счастью для себя и Швеции, новый король был не мыслителем, а солдатом. Поэтому за голову он не схватился, и в наемники за границу с престола не сбежал, а быстро вычислил, что деньги в стране, вообще-то, были, и были они у церковных епископов. Католической церкви в Швеции принадлежало 21,3% лучших земель (короне только 5,6%), церковь исправно получала от населения десятину, и за века собрала несказанные богатства в драгоценных металлах и камнях.
Сам Густав был крещеным католиком, конечно, но чем была религия для шведов? Они долго молились своим богам и после того, как христианство официально пришло в Швецию, и латинских молитв не понимали в большинстве. Для простого шведа эти мессы с их причастием были просто ритуалом, ничуть не менее языческим, чем прежние ритуалы. А вот епископы – это были уже конкретные люди, и, по большей части, люди глубоко шведу неприятные. Богатые, заносчивые, подчиняющиеся заморской власти. Тех немногих, которые искренне прониклись к стране, король Кристиан по дури казнил. И кого же увидел Густав в Стокгольме на должности архиепископа страны? Да, Густава Тролле, по списку которого был казнен его отец.
Поэтому долго король не думал, и объявил, что отныне в Швеции Божье слово будет проповедываться чистым. Нет, он не стал разрушать монастыри, как это сделал Генрих VIII Английский, и не стал преследовать католиков, он просто объявил новым архиепископом католика Йоханнеса Магнуса, и потребовал от папы признать этот выбор, на что тот, конечно, не согласился. Так закончились все отношения Швеции с Ватиканом. А Тролле был вынужден эмигрировать в Данию. Потом, он снова свяжется со свергнутым уже королем Кристианом, будет участвовать в его авантюрах, и погибнет, получив рану в битве.
Надо заметить, что задачу Густава Вазы по экспроприации церковных богатств значительно облегчил тот же Кристиан II, в тот самый несчастный для него день Стокгольмской кровавой бани: из 30 человек совета в живых осталось только 9 – те, у кого хватило смекалки не явиться на коронацию Кристиана. Хватило у них смекалки и на то, чтобы не сопротивляться королю в его переделе церковного имущества, а присоединиться к разделу. И об этом они не пожалели. После перераздела церковных земель 50% было по-прежнему в руках крестьян (в Финляндии 64%), 28% - у короны, и 22% - у немногочисленной теперь знати.
Новая ситуация выглядела так: во главе и государства, и (практически) церкви встал сам король Густав, его архиепископом – буржуа по происхождению, католик Магнус, а епископом Стокгольма – лютеранин, Олаус Петри, простолюдин. В 1526 году Густав сделал следующий шаг, наложив руку на церковную десятину. Когда в 1527 году съезд (что-то типа парламента) начал чесать по этому поводу в затылке, Густав просто напомнил, что он в короли не просился, и, если что, запросто может от короны и отказаться, и живите, как хотите. Причем, не забыл добавить, что церковь-то разбогатела на их, кровные, подарки, то есть ничего они не грабят, а возвращают своё, потому что деньги нужны, чтобы заткнуть рот Ганзе, набрать оружие и нанять наемников, которые будут их защищать от датчан. Густав дал им право вернуть те земли, которые их предки по какой-то причине потеряли церкви, с самого 1454 года. Церковь же должна была вернуться к первозданной чистоте, то есть иметь не больше необходимого. И колокола... По одному колоколу на церковь, остальные должны быть переплавлены!
Мысль о возврате "своего законного" членам совета очень понравилась, и король получил добро съезда на все свои новшества. Сразу, не откладывая, он лично конфисковал парочку самых богатых замков себе лично. И драгоценности прибрал. Так король разбогател. Католические епископы потеряли не только деньги и замки, вместе с ними они потеряли и право представительства в совете и в парламете. После чего им осталось только убраться из страны вообще. Йоханнеса Магнуса Густав отправил в 1526 году послом в Россию, и тот правильно догадался, что возвращаться ему не надо. Папа к тому времени понял, что Магнус – не худшее из двух зол, и Магнус даже поехал в Рим, где был рукоположен архиепископом Швеции, но Швеция к тому времени уже стала официально лютеранской страной. Магнус с его братом остались в Италии, и, наверное, были весьма довольны, в конце концов, тем, как сложилась их жизнь.
Итак, в Швеции без шума и гама перешли к тому, за что во Франции было пролито море крови, к веротерпимости. Кто-то молился на католический манер, кто-то – на лютеранский. Королю было все равно, его интересовала организационная и материальная часть. Сам он короновался только в 1528 году (раньше было некогда) по католическому ритуалу, потому что никакого другого просто не было.
Стокгольмский дворец Три Короны был в растерзанном состоянии после долгой осады войсками датчан и, конечно, не восстановлен. Населения на всю Швецию и Финляндию было всего около миллиона человек, и те были сосредоточены всего в трех областях. Армии не было. Флота не было. С севера, юга и запада страну окружали датчане. Как государство, Швеция для Европы не существовала и вовсе, ведь официально она все еще как бы считалась частью Северного союза, где избранным королем был Кристиан II.
В городах жило всего 5% населения, да и какие там города, если в самом Стокгольме и в лучшие-то времена население еле дотягивало до 7 000 человек. Экономика была полностью в руках любекских купцов. Система образования блистала полным отсутствием оного. Шведы получали образование либо за границей, либо у частных мастеров-учителей, которых было мало, либо учились в университете Уппсалы, который к 1523 году захирел почти окончательно. Система образования через церкви и монастыри не работала совершенно, потому что приходского священника обычно избирали из своих, он отправлялся ненадолго в Германию, где зазубривал тексты Библии на латыни, и возвращался потом в родную деревню, где продолжал крестьянствовать, приходя в воскресенье проповедовать в церковь в сапогах, и колотя в особо пафосных местах рукавицами по кафедре.
К счастью для себя и Швеции, новый король был не мыслителем, а солдатом. Поэтому за голову он не схватился, и в наемники за границу с престола не сбежал, а быстро вычислил, что деньги в стране, вообще-то, были, и были они у церковных епископов. Католической церкви в Швеции принадлежало 21,3% лучших земель (короне только 5,6%), церковь исправно получала от населения десятину, и за века собрала несказанные богатства в драгоценных металлах и камнях.
Сам Густав был крещеным католиком, конечно, но чем была религия для шведов? Они долго молились своим богам и после того, как христианство официально пришло в Швецию, и латинских молитв не понимали в большинстве. Для простого шведа эти мессы с их причастием были просто ритуалом, ничуть не менее языческим, чем прежние ритуалы. А вот епископы – это были уже конкретные люди, и, по большей части, люди глубоко шведу неприятные. Богатые, заносчивые, подчиняющиеся заморской власти. Тех немногих, которые искренне прониклись к стране, король Кристиан по дури казнил. И кого же увидел Густав в Стокгольме на должности архиепископа страны? Да, Густава Тролле, по списку которого был казнен его отец.
Поэтому долго король не думал, и объявил, что отныне в Швеции Божье слово будет проповедываться чистым. Нет, он не стал разрушать монастыри, как это сделал Генрих VIII Английский, и не стал преследовать католиков, он просто объявил новым архиепископом католика Йоханнеса Магнуса, и потребовал от папы признать этот выбор, на что тот, конечно, не согласился. Так закончились все отношения Швеции с Ватиканом. А Тролле был вынужден эмигрировать в Данию. Потом, он снова свяжется со свергнутым уже королем Кристианом, будет участвовать в его авантюрах, и погибнет, получив рану в битве.
Надо заметить, что задачу Густава Вазы по экспроприации церковных богатств значительно облегчил тот же Кристиан II, в тот самый несчастный для него день Стокгольмской кровавой бани: из 30 человек совета в живых осталось только 9 – те, у кого хватило смекалки не явиться на коронацию Кристиана. Хватило у них смекалки и на то, чтобы не сопротивляться королю в его переделе церковного имущества, а присоединиться к разделу. И об этом они не пожалели. После перераздела церковных земель 50% было по-прежнему в руках крестьян (в Финляндии 64%), 28% - у короны, и 22% - у немногочисленной теперь знати.
Новая ситуация выглядела так: во главе и государства, и (практически) церкви встал сам король Густав, его архиепископом – буржуа по происхождению, католик Магнус, а епископом Стокгольма – лютеранин, Олаус Петри, простолюдин. В 1526 году Густав сделал следующий шаг, наложив руку на церковную десятину. Когда в 1527 году съезд (что-то типа парламента) начал чесать по этому поводу в затылке, Густав просто напомнил, что он в короли не просился, и, если что, запросто может от короны и отказаться, и живите, как хотите. Причем, не забыл добавить, что церковь-то разбогатела на их, кровные, подарки, то есть ничего они не грабят, а возвращают своё, потому что деньги нужны, чтобы заткнуть рот Ганзе, набрать оружие и нанять наемников, которые будут их защищать от датчан. Густав дал им право вернуть те земли, которые их предки по какой-то причине потеряли церкви, с самого 1454 года. Церковь же должна была вернуться к первозданной чистоте, то есть иметь не больше необходимого. И колокола... По одному колоколу на церковь, остальные должны быть переплавлены!
Мысль о возврате "своего законного" членам совета очень понравилась, и король получил добро съезда на все свои новшества. Сразу, не откладывая, он лично конфисковал парочку самых богатых замков себе лично. И драгоценности прибрал. Так король разбогател. Католические епископы потеряли не только деньги и замки, вместе с ними они потеряли и право представительства в совете и в парламете. После чего им осталось только убраться из страны вообще. Йоханнеса Магнуса Густав отправил в 1526 году послом в Россию, и тот правильно догадался, что возвращаться ему не надо. Папа к тому времени понял, что Магнус – не худшее из двух зол, и Магнус даже поехал в Рим, где был рукоположен архиепископом Швеции, но Швеция к тому времени уже стала официально лютеранской страной. Магнус с его братом остались в Италии, и, наверное, были весьма довольны, в конце концов, тем, как сложилась их жизнь.
Итак, в Швеции без шума и гама перешли к тому, за что во Франции было пролито море крови, к веротерпимости. Кто-то молился на католический манер, кто-то – на лютеранский. Королю было все равно, его интересовала организационная и материальная часть. Сам он короновался только в 1528 году (раньше было некогда) по католическому ритуалу, потому что никакого другого просто не было.
![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}